Кувандычанка обратилась в суд с иском, в котором указала, что решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Оренбургской области от 24 марта 2024 года в назначении досрочной пенсии ей отказано в связи с тем, что отсутствует договор в области пенсионного обеспечения между Россией и Украиной, а также в связи с отсутствием права на пенсию, а именно: отсутствие 15 лет страхового стажа и отсутствия необходимого индивидуального коэффициента не менее 30,0. С данным решением она не согласна, так как ответчиком не засчитан период работы с 04 августа 1986 года по 20 марта 1987 года. В январе 2025 года она достигла возраста 56 лет, родила и воспитала 4 детей. При этом, ответчик отказал в назначении пенсии в связи с не достижением требуемого возраста, поскольку ее сын 1987 года рождения, родился на территории Украины, в связи с чем, не учел данного ребенка при определении права на страховую пенсию, и она незаконно лишилась 8,1 пенсионного коэффициента.

Также указала, что она никогда не являлась гражданской Украины, всегда была гражданкой Российской Федерации, также как и ее дети, проживала и работала в Оренбургской области. Сам по себе факт рождения ребенка на территории Украины не может служить основанием для отказа во включении периодов осуществления ухода за ним в страховой стаж. После рождения сына в 1987 году, она была уволена в связи с выездом по ст. 36 ч. 1 КЗОТ УССР, переехала в Россию, где и проживала дальнейшее время.

В ходе рассмотрения дела, факт работы истца в спорный период был подтвержден последовательными записями в трудовой книжке, в связи с чем, суд пришел к выводу о наличии оснований для включения в страховой стаж спорного периода работы, который может быть учтен при определении права на пенсию по нормам пенсионного законодательства, действующего в Российской Федерации, при отсутствии соглашения между Российской Федерацией и Республикой Украина в области пенсионного обеспечения.

Суд также указал, что ни в нормах ранее действовавшего соглашения, ни в нормах российского законодательства, которое подлежит применению в отсутствие норм международного договора, не содержится положений, ставящих разрешение вопроса назначения досрочной пенсии в зависимость от места рождения ребенка; обстоятельством, имеющим юридическое значение, в данном случае является сам факт рождения детей.

Учитывая изложенные обстоятельства суд исковые требования удовлетворил, признал незаконным решение пенсионного органа, признал за истцом право на назначение досрочной страховой пенсии и возложил на ответчика обязанность назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости с 13 января 2025 года.

Решение не вступило в законную силу

Пресс-служба Кувандыкского районного суда