Пенсионный орган обратился в суд с иском, указав, что решением суда от 2010 года жительница г. Кувандыка была признана безвестно отсутствующей. На основании данного решения суда ее несовершеннолетнему сыну назначена социальная пенсия по случаю потери кормильца и установлена федеральная социальная доплата к пенсии. В последующем решение суда от 2010 года о признании женщины безвестно отсутствующей отменено в связи с установлением места ее нахождения.

В связи с чем, за период с декабря 2010 года по май 2022 года возникла переплата бюджетных средств в виде пенсии по случаю потери кормильца, федеральной социальной доплаты и единовременных выплат в размере 1489261,10 руб., которую истец просил взыскать с ответчика.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что доказательств того, что ответчик совершила умышленные действия с целью получения ее несовершеннолетним ребенком пенсии по случаю потери кормильца, доплаты к ней, а также единовременных выплат, материалы дела не содержат. Истец также не доказал, что женщина знала о признании ее безвестно отсутствующей, о выплате ее сыну пенсии по случаю потери кормильца и намеренно скрывалась.

Таким образом, доказательств, свидетельствующих о недобросовестных умышленных действиях ответчика, в результате которых выплачивалась пенсия по потере кормильца, истцом в суд не представлено, а также не представлено доказательств, что кувандычанка предоставляла какие-либо недостоверные документы в пенсионный орган. Из материалов дела следует, что выплата пенсии производилась на основании решения суда.

Наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и наступившими последствиями в виде причинения истцу убытков, не установлено.

На основании изложенного, в удовлетворении исковых требований судом отказано.